logo
Новости портала | Рабочий стол | Рубрикатор | Руководство
Главная

Леонид Ткаченко: Пока я жив, буду строить школу

О том, что в Ярославле появится школа имени Ивана Ткаченко, стало известно через полгода после трагедии в аэропорту Туношна, когда погибла любимая ярославцами хоккейная команда «Локомотив». Однако идея создания этой школы появилась гораздо раньше – когда Иван Ткаченко был еще жив. К нам в редакцию на традиционную рубрику «За чашкой чая» пришел отец Ивана Леонид Владимирович Ткаченко, чтобы рассказать о будущем школы и российском хоккее в целом.

– Леонид Владимирович, не секрет, что многие считают: хоккейную школу имени Ивана Ткаченко вы решили построить, чтобы увековечить память сына…
– В принципе их можно понять – достоянием широкой общественности эта идея стала приблизительно через полгода после трагедии. Но замыслы построить именно в Брагине современный центр подготовки хоккеистов – начиная с детсадовского возраста и заканчивая полным профессиональным становлением игрока – появились еще в феврале 2010 года. Именно тогда мы с моими сыновьями Иваном и Сергеем задумались о том, что в Брагине живут больше двухсот тысяч человек, район – один из самых густонаселенных в городе, а возможности у детей серьезно заняться спортом практически нет. Потому в социальном смысле он остается фактически пригородом. С характерными проблемами: от детской неприкаянности до подростковой преступности. Иван отдал нам на откуп идеологическую и организационную составляющие, а сам хотел подключиться на стадии реализации проекта. Увы, после трагедии все мы какое–то время находились между жизнью и смертью… Но идея не умерла.

– Наверное, во властных кабинетах вас встречали с некоторым недоумением. Потому что к тому времени в Брагине появились и ФОКи, и даже крытый лед. Казалось бы, зачем еще одна школа, да к тому же частная?
– Просто слово «да» чиновников ни к чему не обязывает. Поэтому нам никто не отказывал, а городская власть выделила участок земли размером с гектар. Мы, правда, были еще наивными и настолько неопытными, что собранные нами средства практически полностью ушли на оплату аренды этого участка – мы платили 225 тысяч рублей в месяц. Впоследствии немало сил было потрачено на то, чтобы свести эти платежи к разумным значениям. И только в 2014 году нам снизили цену – до 2500 в месяц.

– А к кому вы обращались, чтобы начать строительство?
– Боюсь, и газетной полосы не хватит, чтобы всех перечислить. Ко всем. Начиная от депутатов и представителей исполнительной власти всех уровней до солидных бизнесменов. Наиболее реальный, на мой взгляд, вариант мы обсуждали с главой профсоюза хоккеистов КХЛ Андреем Коваленко – говорили о возможности перечисления небольшой части зарплат хоккеистами КХЛ и ВХЛ на строительство школы. Но и он не прошел. С тех пор я не ищу деньги в России. Получается, что их здесь просто нет.

– Нет в принципе или нет для вас и реализации ваших планов?
– С каждым днем все больше уверенности, что их нет для нас. Мы же пытаемся изменить систему, складывавшуюся десятилетиями. Тренировать хоккеистов принципиально по–другому. Естественно, это мало устраивает тех, кто эту систему выстроил, отрегулировал и ею управляет.

– А может быть, и нет смысла здесь что–то менять? Россия при периодических поражениях сборной остается все–таки хоккейной державой…
– Я только один пример приведу: все выпускники нашей ярославской школы, закрепившиеся в НХЛ, каждое лето на собственные средства нанимают персонального тренера и оттачивают навыки катания. То есть те базовые умения хоккеистов, которые должны быть усвоены ими еще в дошкольном возрасте, наши лучшие игроки продолжают совершенствовать, выступая в сильнейшей лиге мира. Потому что чувствуют, что в этих умениях уступают соперникам. Замечу: владение коньками, чистота катания были главными козырями советской школы хоккея с момента его появления в СССР.

– Вы предлагаете восстановить советские методики подготовки? Есть опасение, что для этого придется возродить весь СССР…
– Речь не идет о том, чтобы слепо копировать советский опыт, где тоже было немало перекосов. К примеру, в спорт высоких достижений буквально «с черного хода» пробирались такие мастера, как Валерий Харламов или Игорь Ларионов. Их не брали! Да что говорить – Ивана в тринадцать лет едва не отчислили из школы. Мама невысокая, папа невысокий, откуда в парне возьмутся рост и мышечная масса? О том, что у меня дед по матери двухметрового роста, никто не знал, не спросили. Гены, как правило, проявляются во внешнем облике человека через поколение – но кто из современных тренеров внимательно изучает генетику? Или, например, психофизиологию…

– Вы заканчивали психологический факультет ЯрГУ – в советские времена один из флагманов практической реализации новых научных знаний. Надо полагать, что какие–то положения вашей методики базируются на этом фундаменте?
– Я бы уточнил, что в середине семидесятых это был факультет психологии и права. Нам преподавали доктора и кандидаты медицинских наук. Преподавали очень глубоко – мы даже работали в анатомичке. И когда старший сын Сергей, старше Ивана на шесть лет, начал заниматься хоккеем, я поначалу непроизвольно, затем вполне осознанно стал применять полученные знания к практике подготовки хоккеистов. Все эти размышления довольно быстро превращались в модели упражнений. Я уже тридцать лет веду эту работу.

– Хорошо, когда рождаются идеи. Но как их применить?
– Мне это удалось. Сергей, который работал тренером в системе подготовки детей ХК «Локомотив», получил группу фактически «списанных» хоккеистов 1997 – 1998 годов рождения. Они даже кататься толком не умели. Через два месяца работы мы отправились в Череповец, где уступили хозяевам вчистую. Но! Через два года эти же ребята обыгрывали тех же соперников с преимуществом в шесть – десять шайб! Судите сами, насколько эта методика эффективна.

– Вы хотите сказать, что любого здорового ребенка можно вывести в профессиональные хоккеисты, если заняться им в три–четыре года?
– Не любого, но у восьми из десяти будут для этого реальные шансы.

– Так почему сегодня у детско–юношеских спортивных школ такой, будем говорить прямо, не самый богатый выход?
– Как раз потому, что вместо подготовки с учетом возрастных психофизиологических особенностей превалируют система высоких физических нагрузок и «естественный отбор» – кто их не выдерживает, для хоккея не подходит. Образно говоря, сегодня при подготовке хоккеиста ставка делается на развитие мышц. Мы же в своей методике развиваем головной мозг, потому что именно он служит основным центром управления при осуществлении сложных координационных движений. А мышцы – просто исполнители. Но в них заложен такой потенциал, что даже если мы реализуем его на 30 – 40 процентов, то уже получим супермена. Именно эта методика и является основой школы Ивана Ткаченко, а вовсе не само по себе здание со льдом и тренировочными залами.

– Школы как места для тренировок еще нет, но вы говорите о работе в настоящем времени. Получается, что она уже идет?
– Сейчас мы договорились с руководством средней школы № 11 о предоставлении нам спортивных залов. Есть договоренность с владельцем частного катка – для работы на льду. В ближайшее время проведем презентацию для родителей и начнем работу.

– Кстати, о родителях. Школа, насколько известно, на бюджетные деньги не претендует, стало быть, затраты лягут на семьи будущих хоккеистов. Во что обойдется им обучение детей?
– По предварительным подсчетам, около девяти тысяч рублей в месяц. Это без учета экипировки.

– Сможете ли выдержать конкуренцию с муниципальными хоккейными школами, которые в принципе являются бесплатными?
– Тут ключевое слово «в принципе». Формально – да, а фактически родителям приходится нести дополнительные затраты приблизительно в тех же объемах. Другой вопрос, что мы как частная школа не можем себе позволить отказать в обучении, если родители готовы нести затраты. Но в нашем случае места в команде, распределение по звеньям и прочие важные составляющие учебно–тренировочной работы будут определяться только спортивными задачами.

– Набрать детей – это только половина дела. Тут еще вопрос в том, есть ли в вашем распоряжении достаточное количество единомышленников, способных работать на том уровне, который вы задаете?
– Для себя я твердо решил одно: представителей традиционной тренерской школы мы привлекать не будем. Очень сложно переучить специалиста, уже сформировавшего для себя понимание того, что и как необходимо делать. Нам нужны тренеры, готовые не просто учиться всю жизнь, но и умеющие самостоятельно разрабатывать методики, внедрять их в практику, определять их эффективность. Набором тренерских кадров занимается Сергей. А я буду решать задачу поиска помещения для школы.

– Вы еще верите в то, что это возможно?
– Пока я жив, буду делать все, чтобы хоккейная школа имени Ивана Ткаченко появилась в Ярославле.

14 декабря 2016 16:30

Опубликовано gogik в ВТ, 27/12/2016 - 22:50.